Закрытый суд над открытым кодом

Сегодня мы не можем не рассказать о деле, которое вполне может стать прецедентным для российского IT, и не только. Конституционный суд (КС) рассмотрит жалобу программиста Антона Мамичева, который оспаривает отказ Санкт-Петербургского городского суда в уплате компенсации за нарушение его интеллектуальных прав швейцарской компанией  Veeam Software AG и ее дочерним ООО «Интервим».

Причиной отказа, по мнению суда, явилось то, что использовал для создания своего продукта исходно открытый код, а также некорректно заимствовал элементы других программ. И теперь КС должен будет проверить ст. 1260 ГК РФ (переводы, иные производные произведения) — а вернее, то, позволяет ли она отказывать в защите авторских прав, если правообладатель не доказал корректность использования ПО на open source.

Но это решение, на самом деле, имеет под собой гораздо больше оснований для пересмотра legaltech-ландшафта в России, чем может казаться на первый взгляд. Все дело в том, объясняют эксперты, что из буквального толкования Из норм статьи 1271 ГК РФ о знаке охраны авторского права следует, что модификация открытого кода приводит к созданию производного продукта. Иначе говоря, любое дополнение ПО на open source приводит к созданию нового объекта интеллектуальной собственности, права на который принадлежат именно тому, кто внес изменения.

Об этом же, кстати, в прошлом году говорил и глава Минцифры Максут Шадаев: «Это предмет серьезной дискуссии. Можно сделать минимальные изменения в open source решении, поставить на него свой логотип и оформить на него права. Есть экспертное мнение, что так был создан AlterOffice».

А если учесть, что судебной практики на эту тему в России толком еще и нет, то решение главных судей страны может повлечь за собой пересмотр всей концепции защиты прав на программные РИД. А значит, мы обязательно расскажем вам, чем закончится эта история.